ХРУПКОЕ НЕДОРАВНОВЕСИЕ. Есть ли предел экономического пике?

ХРУПКОЕ НЕДОРАВНОВЕСИЕ. Есть ли предел экономического пике?

Белорусская экономика попала на минное поле рецессии. Никто толком не знает, где можно подорваться. Специалисты и точные приборы для идентификации особо опасных мест есть, но власти продолжают их игнорировать. В большинстве номенклатурных кабинетов продолжает доминировать мнение, что каждая доярка может работать сапёром, т. е. антикризисным управляющим. Ситуацию усугубляет многообразие мин, острый дефицит координации среди «сапёров» и внешние минёры. Они постоянно подбрасывают новые, опасные препятствия.

Вот мы и застряли. Попали в структурную передрягу. Погружаемся в рецессию. При этом распорядители чужого (политики и чиновники) продолжают делать вид, что всё под контролем, и что вот-вот заработают старые локомотивы экономического роста. Надежда умирает последней, но совсем не хочется по дороге «похоронить» тысячи предприятий и десятки тысяч предпринимателей.

 

Нацбанк на минном поле

Традиционно в экономическом блоке властей Нацбанк считают самым профессиональным органом госуправления. Его новому руководству не позавидуешь. В конце 2014г. его бросили на мины с голыми руками, когда денежная система страны и финансы предприятий шли в разнос. Разнос остановили, но этого явно недостаточно для того, чтобы заявить о стабилизации денежной системы страны. В системе принятие решений Беларуси одного Нацбанка явно недостаточно, чтобы обуздать инфляцию и стабилизировать валютный рынок в условиях свободных цен и курсообразования.

Тем не менее, Нацбанк то мытьём, то катанием пытается вернуть денежную систему в русло нормальности. На пути к достижению этой задачи стоят не только лоббисты из АПК и промышленности, но и мощное банковское лобби. В стресс тестах оно не хочет моделировать ситуацию резкого роста проблемных долгов вкупе с оттоком депозитов и снижением валютной выручки, ибо результаты могут испугать собственников банков и их регулятора. Резкое падение платёжной дисциплины, неопределённость со спросом внешних рынков, сокращение внутреннего спроса – всё это создаёт предпосылки для роста «замороженного» капитала и, соответственно, повышения запросов на оборотный капитал.

 

Нацбанку наверняка дадут по рукам

За январь – апрель 2015г. широкая денежная масса (М3) увеличилась на 14,5% при годовом прогнозе в 30%. Рублёвая денежная масса после январского снижения заметно выросла. В период февраль – апрель 2015г. она увеличилась на 16,6%. Ещё более ликвидные и активные деньги (М1) увеличились за февраль – апрель на 14,8%.

Спрос на новые деньги устойчиво растёт, а ВВП увеличивает темпы падения. Дебиторская задолженность за I квартал 2015г. увеличилась почти на Br22 трлн., до Br241 трлн. При этом просроченная дебиторка за этот период приросла почти на четверть до Br50,5 трлн. Производители товаров и услуг даже за энергоресурсы перестали рассчитываться вовремя. Внешняя дебиторская задолженность увеличилась до Br60,3 трлн., что на 18,1% больше по сравнению с началом года. Просроченная внешняя дебиторка превысила Br9 трлн. и за год взлетела на 90%, а с начала 2015г. на 53,6%.

На 01.04.2015г. долги по кредитам и займам составили Br444,5 трлн., что на 40,9% больше, чем было на 01.04.2014г. и на 17,4% больше по сравнению с началом года. При этом просроченные долги по кредитам за год почти удвоились, а за I квартал 2015г. выросли на треть. За этими цифрами стоит отчаяние директората. Они сами не могут решить проблему неплатежей и накопившихся долгов. Принципиальных выхода из сложившейся ситуации два. Первый – активизация процедуры банкротства, в том числе через использование схемы «активы в обмен на долги». Второй – предоставление новой порции кредитов для погрязших в долгах предприятий. Нацбанку до конца 2015г. т. е. за восемь оставшихся месяцев ещё осталось роста широкой денежной массы около Br38 трлн. Это если Нацбанк выполнит свой целевой показатель в приросте М3 на 30%. Для справки за первые четыре месяца этот показатель увеличился на Br34,8 трлн., правда, с учётом переоценки валютной составляющей в результате девальвации. Трудно поверить, что в условиях резкого ухудшения финансового положения производителей товаров и услуг Национальному банку позволят ужесточить монетарную политику. Поскольку население уже привыкло к высокой инфляции, а бизнес полон ожиданий девальвации, то за санкционированное сверху увеличение количества денег в обращении на 50 - 60% в 2015г. не кажется чем-то утопичным.

 

«Дикий» рост зарплаты в долларах

В столь сложных условиях редкие предприятия по своей воле увеличивают зарплату. Мы уже нарвались на негативные последствия её необоснованного роста в предыдущие годы. В реальном выражении в Br-рублях зарплата за I квартал 2015г. сократилась на 3,1%, но вот в долларовом выражении она увеличилась до $452 в апреле. Это почти на $50 больше, чем было в начале года. Столь стремительный рост зарплаты в долларовом эквиваленте не подкреплён ни ростом производительности труда за I квартал она снизилась на 1,1%), ни увеличением экспорта (за I квартал экспорт товаров снизился на 31,4%), ни привлечением иностранных инвестиций (за I квартал они сократились почти на 30%). Это очень рисковая ситуация, когда при сокращении ВВП на 2,6%, промышленности на 7,5%, инвестиций в основной капитал на 5,9% зарплата в долларовом выражении за январь – апрель 2015г. увеличилась на 11%.

Заметим, что столь неожиданные социально-финансовые выкрутасы случились при весьма неблагоприятных ценовых условиях внешней торговли Беларуси. В I квартале 2015г. покупательная способность белорусского экспорта по сравнению с аналогичным периодом 2014 года спикировала вниз на 14%. Физический объем экспорта инвестиционных товаров упал на 45%, а цены на белорусские инвестиционные товары экспорта снизились на 18,8%, на промежуточные товары – на 33,5%, на энергетические – на 47%.

Напомним, что в 2015г. коммерческие организации должны вернуть $5 млрд. долгов. Валютные долги государства – это ещё $4 млрд. А у нас все официальные резервы по состоянию на 01.05.2015г. составили $4,6 млрд., из которых «живой» валюты – не больше $2,5 млрд. Россия не спешит раскошеливаться. Китай приехал – и уехал, а долгожданные кредиты пока в пути. На кредитную поддержку МВФ в этом году также рассчитывать не приходится.

Получается весьма незамысловатая задачка для средней школы.

Дано: в экономике Беларуси появляется всё больше Br-рублей. В 2015г. прирост может составить 40 – 50%. Нацбанк стремится снизить величину депозитных ставок по Br-депозитам до 20% годовых. Твёрдой валюты в экономике по итогам года будет на 30 - 35% меньше.

Вопрос: что будет с курсом Br/$ и с инфляцией, если цены будут свободными, и купить валюту можно будет без ограничений?

Ответ: курс Br/$ составит $1 - Br20 – 23 тысячи, инфляция – 35 – 40%.

Этот неблагоприятный сценарий не материализуется при следующих обстоятельствах. Первое – если Нацбанк сдержит давление сторонников резкого увеличения денег в обращении. Второе – если вкладчики продолжат покорно и обреченно хранить свои деньги в прежних объёмах в банковской системе, невзирая на ставки по Br-рублёвым депозитам, курс Br-рубля и уровень инфляции. Третье – если правительство реально сократит объём льготного кредитования госпредприятий, позволит ликвидировать хронически убыточные предприятий и раскрепостит национальное предпринимательство.Четвёртое – если власти решатся на приватизацию, как способ привлечь в страну дополнительные, в том числе валютные ресурсы. Пятое – если Россия/ Китай/ Казахстан/ Азербайджан предоставят нам очередную порцию кредитов, объём которых позволит властям сохранить иллюзию стабильности и хрупкое недоравновесие.

Ярослав Романчук специально для Myfin.by


Предыдущие статьи в рамках проекта «Бизнес с умом»

Источник: Myfin.by

Сайт
Система Orphus