Когда белорусы смогут купить кусочек электростанции или дороги? Интервью с управленцем, который закрывает сделки на $70 млн
Что общего между электростанцией, токеном на блокчейне и дистрибьюцией товаров повседневного спроса Procter & Gamble? На первый взгляд – ничего. Однако именно эта цепочка описывает путь эксперта по инвестициям Константина Скуратовича. В интервью MYFIN он рассказал, почему классическая формула «60 % облигаций, 40 % акций» теряет позиции, как банки дают деньги под интеллектуальные права и почему будущее инвестиций он видит в том числе в токенизации реальных активов.
Как принимают решения китайские корпорации
– На старте своей карьеры мне удалось попасть на работу к дистрибьютору Procter & Gamble. Именно эта компания позволила получить основную базу: понимание того, как устроены крупные корпоративные структуры, как движутся деньги и принимаются решения. Именно там закладывалось то, что потом стало главным делом жизни.
Параллельно складывалась специализация, которая сегодня стала визитной карточкой: стратегический инвестиционный банкинг и трансформация холдингов, включая M&A, управление проблемными активами и международные проекты с участием банков и фондов.
Критерии при принятии решения по нестандартным сделкам
– Одним из ключевых направлений моей работы стали сделки, которые большинство банков рассматривают нехотя, – финансирование под IP-активы, то есть под интеллектуальную собственность, без классического реального обеспечения.
Среди публичных кейсов – сотрудничество с интернет-порталом 103.by (объединяет каталог медицинских учреждений, их услуг и сервис по поиску лекарств). Тогда удалось структурировать с коллегами сделку так, чтобы имущественные и интеллектуальные права выступили достаточным обеспечением для получения финансирования.
В таких проектах банк смотрит на целый набор показателей: Expected Losses (т. н. «ожидаемые потери»), нормативы достаточности капитала и отдельно может учитывать социальную направленность проекта.
На что можно получить $70 млн инвестиций?
– Параллельно в моей практике сформировалось направление работы с Distressed Assets – т. н. «проблемными активами». Здесь важен показатель recovery rate («коэффициент возвратности»): насколько бизнес способен вернуть вложенные в него ресурсы в случае дефолта. Исходя из него, а также из структуры долга и процентной нагрузки принимается решение о реструктуризации или продаже актива.
В моей практике был кейс с совокупным финансированием порядка $70 млн. И это интересный опыт. Сроки реализации таких проектов – не год и не два. Конкретно этот проект был рассчитан на 10 лет, а инвестиции компанией привлекались для реализации коммерческого и инфраструктурного проектов. Я понял, что со временем важнее оставаться в рынке, чем пытаться идеально войти в него. Это ровно та философия, на которой строится работа с длинными инфраструктурными активами.
Классическая портфельная теория становится неактуальной
– Что касается будущего финансов, то здесь все просто – классическая портфельная теория становится неактуальной. Десятилетиями инвесторам советовали держать 60 % в облигациях и 40 % в акциях. Сегодня эта формула трансформируется кардинально. Сейчас я вижу существенный сдвиг: не 60 на 40, а 50, 30, 20. 50 % – акции, 30 % – облигации и 20 % – активы, связанные с недвижимостью, инфраструктурой, частным доходом.
Токенизация: электростанция в кармане
– Токенизация реальных активов – это новое и довольно простое решение. Вот, например, глобальная структура JP Morgan запустила токенизированный фонд денежного рынка. Это уже настоящее, а не будущее. Концепция токенизации заключается в том, что крупный актив, например электростанция, делится на множество цифровых долей. Каждый держатель такой доли становится фактическим (не юридическим) акционером – и получает пропорциональный доход, независимо от географической привязки.
Электростанция распределяется на 100 маленьких кусочков – 100 цифровых прав. Я, как акционер, смогу участвовать в доходности этой электростанции, не будучи географически привязан к ней. Токенизация электростанции или инфраструктурного проекта – это не покупка биткоина, а технологичный способ сделать реальные активы доступнее и ликвиднее.
Именно токенизация позволит демократизировать доступ к тому классу активов, который прежде был закрыт для большинства. Инфраструктура, недвижимость, энергетика – всё это потенциально станет доступным через цифровые инструменты рядовому инвестору, а не только крупному институциональному игроку.
То есть токенизация может быть тем самым инструментом, который позволяет «демократизировать владения» и дать обычному инвестору шанс не отстать от рынка капитала.
В таком случае мы можем говорить о концепции «инвестиционного гражданства» (Growing with Your Country), где обычные инвесторы смогут расти вместе со своим государством, напрямую участвуя в финансировании этих проектов (энергетика, дата-центры и транспорт). Кроме того, хочу отметить, что AGI потребует колоссальных вложений в дата-центры и подобное, а пока AI – это мощная бизнес-модель.
«Кому-то нравится BMW, а мне больше – Mercedes»
– Формула успеха у каждого своя. Кому-то нравится BMW, а мне больше – Mercedes. Это не про автомобили – это про то, что у каждого инвестора и предпринимателя есть свои инструменты, своя культура работы с деньгами и свой горизонт мышления.
Опыт принятия стратегических решений на топ-уровне позволяет увидеть, где реально формируется стоимость. За 12 лет я пришел к убеждению, что самые интересные возможности в финансах находятся там, где большинство боится – в нестандартном обеспечении, длинных деньгах и активах, которые еще вчера считались недоступными для широкого круга.