Любой человек, как ни странно, является клиентом банка. И это требует финансовой грамотности не только от кредитной организации, но и от каждого конкретного гражданина нашей страны. В Беларуси пропаганда финансовой грамотности приобретает все больший размах благодаря усилиям Национального банка.
Заместитель Председателя Правления Национального банка Сергей Дубков, который является непосредственным куратором иидеологом программы повышения финансовой грамотности населения, в рамках проекта Альфа-Банка "Альфа-Мир" рассказал о личном опыте постижения этой науки, поделился семейными секретами воспитания ответственного отношения к деньгам и оценил наш общий уровень финансовой грамотности.
Личное дело
- Когда вы впервые задумались о финансовой грамотности? Кто-то оказал на вас влияние в детстве?
- Когда я был подростком, еще в советские времена, и у нас в стране стал популярен известный мультперсонаж – Скрудж МакДак – олицетворение зубастых капиталистов. Это мое первое впечатление о финансовых воротилах.
- Он стал для вас идеалом в детстве?
- Нет, не он. Слишком хитрый и жадный. Я брал пример с Чипа и Дейла, которые всегда спешат на помощь! Если серьезно, то у меня неоднозначное отношение к понятию «идеал» - жизнь намного богаче и разнообразнее, чем черное и белое. В конкретном человеке могут сочетаться как ужасные, так и очень хорошие качества. Только преобладание определенных качеств позволяет сказать: достойный это человек или нет. Поэтому идеала у меня нет.
- Расскажите все-таки, как вы постигали финансовую грамотность в детстве, в студенческие годы, на чьих примерах?
- В первую очередь, это был пример семьи. Постигать финансовую грамотность в детстве не было необходимости - родители обеспечивали мое системное развитие как личности. Помимо основной учебы, я занимался музыкой и спортом. Когда встал вопрос выбора между спортом и музыкой – я выбрал музыку и закончил музыкальную студию по классу фортепиано. Дело в том, что музыкой я уже занимался долгое время, к тому же за эти уроки родители платили. Если бы я оставил музыку, то финансовые усилия родителей были бы потеряны. Это был первый жизненный урок финансовой грамотности – ответственность, в том числе за близких. Тогда, кстати, я этой мотивации не осознавал. Но по факту поступил именно так.
Атмосфера в семье формировала мою финансовую грамотность и в студенческие годы. Родители не обременяли меня денежными вопросами, но всю стипендию я отдавал им. У нас в семье так было принято – общий бюджет и общий счет на всех. Кому надо – тот брал из заветной коробочки столько, сколько необходимо. Сейчас я понимаю, что в таких условиях работает ключевой принцип: свобода – это самый большой ограничитель. Каждый понимает, что если взять больше, чем позволяют правила приличия, то столкнешься с конкретными проблемами, причем не только «ты» персонально, но и вся семья.
Мои доходы состояли из стипендии, которая была значительно выше, чем у моих бывших одноклассников, так как я учился в Белгосуниверситете на факультете прикладной математики. Дело в том, что во времена СССР Беларусь была одной из точек роста со специализацией на вопросах ИТ-отрасли. Поэтому у нас были созданы солидные научные школы и, соответственно, системы стимулирования студентов.
На старших курсах в ВУЗе я работал в стройотрядах. Это было интересно – два года подряд я в Болгарии на консервном заводе закатывал банки с горошком, огурцами, помидорами. Это была и работа и отдых – горы были рядом. То есть в молодости, а это был советский период, все происходило достаточно интуитивно и на базе ценностей, заложенных в семье, доверия и свободы, которые рождают ответственность. Поэтому и сейчас в моей семье общий бюджет.
- Неужели в юности вас так и не вдохновил яркий пример или яркая личность? Например, Джон Рокфеллер или Генри Форд?
- Мы тогда толком не знали, кто это. Я был хорошим советским октябренком, потом пионером, потом комсомольцем – в 10-м классе даже возглавлял комсомольскую организацию нашего класса, за что был награжден почетной грамотой райкома (ВЛКСМ – прим.ред.). Потом студенческие годы – это был конец советского периода. Рыночная экономика, которая потребовала от меня, как и от всех остальных жителей страны, финансовой грамотности, появилась позднее.
- Какие знания о финансах вы вкладываете в своих детей и как вы это делаете?
- Мои дети знают главное: папа с мамой приносят зарплату в дом, потому что они ее зарабатывают. При этом у нас в семье общий бюджет. Исходя из этих двух принципов, мы учим детей сопоставлять свои желания с возможностями и четко понимать цену денег. Я уверен, что запретами ничему не научишь, кроме хитрости. Лучшим регулятором является свобода, которая учит ответственности. Поэтому надо вовлекать детей в общую семейную работу: отправлять в магазин за мелкими покупками, обсуждать с ними целесообразность покупок побольше, совместно планировать общесемейные дела, например, отдых. Кстати, я не считаю правильным, когда родители доплачивают детям за мелкие домашние дела – уборку, поход в магазин и так далее. Это можно довести до абсурда.
Старшему сыну я завел детскую платежную карточку – на Новый год он получил ее в подарок с определенной суммой на счете. Теперь я учу его использовать безналичные расчеты. Он уже парень взрослый - 12 лет, и подарки он будет получать в виде перечисления сумм на его карточку. Потом он сам найдет решения, как эти деньги использовать. Это хороший стимул для повышения, в том числе, его финансовой самостоятельности и ответственности. Это поможет ему четко оценивать, что у него есть и что он может хотеть.
- Если вы брали кредит, то на какие цели? И на что вы никогда не взяли бы кредит?
- У меня было два кредита: первый – на достройку квартиры, второй – на покупку машины. Я считаю, что этими двумя целями и должен ограничиваться список потребностей, которые удовлетворяются с помощью кредитов. На чайник, на мобильный телефон я кредит брать не буду никогда, кредиты «на жизнь», на отдых не являются рациональными. Можно допустить еще кредит на учебу, но в нашей стране они носят целевой характер и их объем ограничен.
- Играли ли вы когда-нибудь в лотерею?
- Да, как ни странно, играл. Выигрывал очень редко – и это для меня был урок: деньги можно только заработать.
- Можете ли вы поделиться своей личной стратегией сбережения. Что вы посоветуете нашим читателям: в чем хранить?
- Честно скажу: в семье мы сберегаем деньги, в основном, для семейного отдыха на море. Поэтому на эти цели приходится откладывать в инвалюте, так как надо ехать за границу. У нас сейчас тот возраст, когда мы уже достигли относительной финансовой состоятельности и еще есть желание путешествовать, смотреть, чувствовать. Кроме того, мы вкладываем в обустройство нашей квартиры, и здесь мы подкапливаем определенные суммы в белорусских рублях. Как у всех, основной доход съедают текущие расходы. Например, для старшего ребенка мы берем дополнительно уроки английского – надо платить репетитору, дети болеют – ведем их к платному доктору – надо платить. В моей семье нет цели накопления в больших объемах, потому что есть определенные вопросы статуса, есть общее желание положительных эмоций и впечатлений, есть обычная жизнь, а это расходы. Но в целом я считаю, что самое правильное вложение – это впечатления, здоровье и образование.
- Сколько вам нужно денег для полного счастья?
- Много. Хотя полное счастье и полный кошелек – это не синонимы. Но и не антонимы.
- Является ли для вас критерием жизненного успеха финансовая состоятельность? Что лично вы вкладываете в это понятие?
- Сама по себе не является. Жизненный успех – это совокупность причин и следствий. И одной из составляющих успеха является финансовая состоятельность. Это важная, но далеко не главная составляющая успеха. Примеров, когда люди состоятельны, но несчастны – много. Еще раз вспоминая юность - был такой мексиканский сериал «Богатые тоже плачут»… Примеров, когда люди относительно бедны, но при этом счастливы – тоже много. При этом любой здравомыслящий человек понимает: финансовая состоятельность – это возможности, которые позволяют генерировать успех.
- Исходя из фактического финансового поведения жителей Беларуси, насколько сейчас, на ваш взгляд, они финансово грамотные? Например, на фоне соседних стран.
- Исследования, которые проводит Национальный банк вместе со своими международными партнерами, свидетельствуют, что уровень финансовой грамотности белорусов на фоне постсоветских стран достаточно высок. Основная проблема в финансовых знаниях белорусов – «очаговость», знания локализованы в узкой области, и – консервативность, нежелание узнать новое. Это связано с рядом психологических, исторических, эмоциональных и ментальных особенностей наших уважаемых сограждан. Но в целом уровень финансовой грамотности сопоставим и с постсоветским пространством и со странами Центральной и Восточной, да и Западной Европы.
Но здесь важный момент – локальность и консервативность знаний белорусов генерируют дополнительные риски для финансовых структур и для рынка в целом. И поэтому для меня, с точки зрения программы повышения финансовой грамотности, основной задачей является побуждение наших граждан к новым финансовым знаниям, новым финансовым инструментам. Результатом всех этих усилий должно стать расширение доступа белорусов к финансам.
Еще один важный момент – ответственность. У нас все знают свои права на финансовом рынке, но многие забывают о своих обязанностях. Все хотят получать высокий доход по депозитам, но не готовы отдавать высокие проценты по кредитам. То, что именно сейчас субъективно выгодно – все хотят знать, а то, что не выгодно – не хотят знать или делают вид, что не знают. Поэтому Национальный банк, пропагандируя финансовую грамотность, стремится создать в нашем обществе отношения, при которых каждый участник финансового рынка будет обладать полнотой информации, трезво ее оценивать и на основании этого принимать соответствующие осознанные решения.
- В связи с этим, насколько белорусы в полной мере осознают кредитный риск, возможности колебания ставок?
- В целом осознают. Поэтому есть определенная настороженность к сложившемуся уровню ставок по кредитам. Есть четкое понимание, что эти ставки очень сложны для обслуживания и, что существующие государственные программы субсидирования процентных ставок по жилищному строительству значительно меньше потребностей рынка по объему. Другое дело – люди сопоставляют выплаты по рыночным кредитам со своими фактическими доходами. Поэтому мы постоянно ощущаем очень настойчивое требование: Дайте! Дайте больше дешевых кредитов! Естественно, те, кто выдвигают такие требования, не задумываются: а за чей счет? Высокие ставки на нашем финансовом рынке – это зеркало, отражение общей ситуации в экономике, ее структуры, динамики развития. В целом у людей есть и объективная оценка, но есть и четкое требование помощи со стороны государства: «государство придет и поможет, а кредитные риски на себя мы брать не желаем». Такой финансовый инфантилизм стал в нашей стране социальным явлением: «мне должны, потому что мне надо или я хочу, а думать я буду потом или пойду требовать и жаловаться».
- В последнее время широкое распространение получили частные предприятия, которые активно рекламируют свои услуги по предоставлению жителям Беларуси займов, зачастую, по ставкам, которые в разы превышают ставки банковских кредитов. Как вы относитесь к этому явлению? Является ли спрос на такие дорогие займы свидетельством финансовой безграмотности части населения?
- В настоящее время финансовый рынок в Беларуси эквивалентен банковскому. Новых игроков практически нет, а если они и появляются, то в очень узких сегментах с неглубоким рынком. Но спрос на финансовые услуги растет – это адекватная реакция на динамику доходов населения. Поэтому там, где спрос не удовлетворяют банковские кредиты, появляются иные инструменты. В частности, малые потребительские займы. Для их выдачи нужна структура. Там другая система управления риском, другие требования, другое законодательное поле. Там другая жажда наживы. Национальный банк сейчас предпринимает усилия, чтобы сделать этот рынок, в первую очередь, честным и справедливым. Подчеркиваю - именно честность и справедливость положены в основу готовящихся решений о регулировании этого сегмента. Лично я считаю, что получение займов по таким запредельным ставкам, которые предлагают частные предприятия, это не безграмотность – это инфантилизм, импульсивные действия без оценки последствий.
Где взять деньги?
- Верите ли вы, что мысль материальна и деньги можно приманить самовнушением, ритуалами, позитивным мышлением?
- Мысль может стать реальным действием, но пустыми домыслами деньги привлечь нельзя. Деньги можно только заработать. Другое дело, что если у человека позитивный взгляд на мир, то он может творить, и если он творит на своей работе – то есть успехи, есть деньги.
- А если денежное дерево на рабочем месте поставить?
- Я не верю в атрибуты и язычество. Около моего рабочего места стоит индонезийская роза, целый куст, даже цветет иногда, очень красиво, красными бутонами. Но ее цель – повышать настроение. Я не возлагаю на нее финансовых надежд.
- Что должен знать и уметь финансово грамотный человек?
- Такой человек должен знать, что деньги – это инструмент. И функционал этого инструмента можно расширить. Для этого надо повышать свой уровень знаний и умений, раскрывать горизонты своего понимания, правильно оценивать свои риски и не надеяться на кого-то другого. Надо надеяться, в первую очередь, на самого себя.
- Можно ли поставить знак равенства между финансово грамотным и состоятельным человеком?
- Нельзя. Скорее можно поставить знак равенства между финансово грамотным человеком и человеком, который сделал себя сам. Когда человек способен определить цель, найти необходимые ресурсы – временные, интеллектуальные, финансовые - и достичь результата, то о нем можно сказать – он self-mademan. А состоятельным человек может стать по разным причинам – лотерея, наследство и так далее. Но такой человек, точно также, по независящим от него причинам может стать и нищим. Существительное – это самому сделать самого себя, а финансовая состоятельность – это прилагательное.