В марте новых вкладов физлиц и в рублях и в валюте стало немного больше
В марте новых срочных депозитов физлиц в национальной валюте открылось больше, чем в феврале, на Br57 млн. Тем самым продолжилась тенденция последнего времени – медленного прироста месячных объемов. Сумма новых срочных Br-вкладов отчетного месяца стала самой большой за 12 месяцев, с марта прошлого года – Br342 млн. Хотя 2 года назад их открывалось и на более чем Br1 млрд в месяц.
В иностранном секторе после достижения в феврале минимальной за 8 лет суммы новых срочных депозитов физлиц также был зафиксирован прирост: в марте их открылось больше, чем в предвдщем месяце, на $100 млн. Тем не менее, мартовский объем в $489 млн – один из наименьших с 2009-го. Долларовые депозиты сейчас не выгодны: очень низкая доходность по вкладу и падение курса доллара не обеспечивают сохранность покупательной способности сбережений. Br-эквивалент $-вклада снижается, а инфляция, к тому же, ежемесячно снижает реальный вес самого Br-рубля.
В целом, во всех валютах, мартовский объем новых срочных вкладов в Br-рублевом эквиваленте (Br1,267 млрд) – это уровень 3,5-летней давности, а с поправкой на инфляцию – один из наименьших за 8 лет. В долларовом же эквиваленте сумма всех новых срочных депозитов физлиц ($670 млн) – одна из самых низких с 2008-го. Это прямой результат падения реальных и долларовых доходов населения.
Долларизация новых вкладов в марте выросла, так как объем новых срочных Br-рублевых депозитов физлиц вырос меньше, чем валютных.
Прирост сумм новых срочных Br-вкладов идет 5 месяцев подряд
В марте продолжилась тенденция последнего времени ежемесячного увеличения объема депонирования Br-рублей населением в банки. По сравнению с февральским мартовский объем больше на Br57 млн: было открыто новых срочных вкладов физлиц (а в статистику включаются не только приток «новых» денег в банк извне, но и капитализация начисленных процентов и продление депозита) на Br342 млн (в т. ч. по сроку до 1 года – Br239 млн, свыше 1 года – Br104 млн), максимальная цифра за 12 месяцев.
Прирост объемов идет пятый месяц подряд подряд благодаря выгодности. Тем не менее, они остаются незначительными в сравнении с суммами 2013-15 годов: тогда были в разы больше, иногда превышая Br1 млрд. Как раз в то время был зафиксирован и исторический рекорд – Br1,404 млрд в апреле 2015-го.
Сразу после достижения этого максимума пошло быстрое сокращение свежего притока Br-рублей в банки от населения, в первую очередь в связи с девальвационными ожиданиями (которые подтвердились в августе того года), падением процентных ставок по вкладам, а также из-за снижения реальных доходов граждан, уменьшением количества «свободных» денег у населения.
Результатом стало падение объемов новых срочных Br-депозитов на порядок: в июле 2016-го открыто новых срочных вкладов физлиц лишь на Br169 млн – номинальный минимум последних четырех лет. С этого «дна» и пошла тенденция медленного увеличения объемов ежемесячного нового срочного Br-депонирования. Но к данному моменту они пока не достигли значимого уровня.
Сегодняшние суммы новых срочных Br-вкладов физлиц значительно превосходят объемы месячного Br-депонирования в период до 2013-го, но лишь номинально, в абсолютных цифрах, без учета изменения реальной стоимости, покупательной способности Br-рубля.
С поправкой же на инфляцию, учитывающей реальную стоимость Br-рубля прошедших периодов, и рассчитанной по официальному индексу потребительских цен, даже выросший мартовский объем новых срочных Br-депозитов физлиц остается низким по покупательной способности всей своей денежной массы.
Долларовый эквивалент объема новых срочных Br-вкладов населения, естественно, тоже прирастает от месяца к месяцу, подгонямый еще и ревальвацией Br-рубля к доллару: мартовский $-эквивалент открытых срочных Br-депозитов ($181 млн) больше февральского на $30 млн.
Но эта сумма больше только объемов предыдущих месяцев (в середине 2016-го $-эквивалент упал было вообще ниже $100 млн), тогда как еще недавно, в 2013-15 годах, была в разы, а то и на порядок, выше: ежемесячно новых срочных Br-вкладов физлиц открывалось тогда на $500-900 млн в эквиваленте, а бывало, и более $1 млрд. И даже еще раньше, с 2004-го по 2012-й, $-эквивалент их был больше, чем сейчас.
Исторический максимум $-эквивалента открытых за месяц новых срочных Br-вкладов зафиксирован в ноябре 2013-го и январе 2014-го – более $1,2 млрд, и возвращения к таким объемам не будет.
После многолетнего минимума – прирост новых валютных вкладов
В отличие от Br-рублевого сектора, динамика месячного объема новых срочных депозитов физлиц в иностранной валюте до сих пор не сменила нисходящий тренд, начавшийся осенью 2015-го, на тенденцию ежемесячного прироста. Это объясняется убыточностью валютных вкладов в условиях падения курса доллара, не говоря уже про «проигрыш» инвалютных вкладов в конкуренции с Br-рублевыми.
Так, доходность новых долларовых срочных депозитов физлиц сейчас – 1,5-2,5% годовых, а долларовая, в эквиваленте, доходность Br-рублевых срочных – десятки процентов (на процентную ставку, которая находится сейчас на уровне 10-15% годовых, накладывается еще и процент ревальвации Br-рубля к доллару, увеличивая приращивание $-эквивалента Br-депозита).
К тому же здесь еще большее влияние оказывает падение реальных денежных доходов населения: валютные вклады в банках, как правило, используются для хранения более крупных сбережений и на более длительный срок, чем Br-рублевые, а таких значительных и на такой срок свободных денег остается после похода в магазин все меньше.
Результатом 1,5-годичного падения стал многолетний минимум показателя в прошлом месяце, феврале 2017-го – $389 млн (в 2015-м было более $1 млрд в месяц). Но в отчетном месяце отмечен прирост новых валютных вкладов физлиц. Мартовский объем больше февральского на $100 млн: он составил $489 млн.
Исторический рекорд валового притока валюты от физлиц в банки, который был зафиксирован в августе 2015-го – $1,512 млрд (в тот месяц из-за девальвации Br-рубля произошел переток из Br-рублевых в валютные, появился дополнительный объем).
Рост интереса к валютным вкладам начался с конца 2008-го на фоне мирового кризиса и резко усилился с 2009-го, когда в самом начале года произошла неожиданная для большинства обывателей девальвация Br-рубля, и обладатели Br-вкладов тогда очень сильно потеряли в $-эквиваленте, а процентные ставки по валютным вкладам в 2009-м выросли до 10-12% годовых (в 5-10 раз больше, чем сейчас).
До 2009-го новых срочных валютных вкладов открывалось мало, предпочтение отдавалось Br-рублевым: с 2001-го по 2008-й Br-рубль был стабилен, и Br-рублевые срочные депозиты давали прибыль в $-эквиваленте намного большую, чем непосредственно долларовые – десятки процентов годовых.
Br-эквивалент мартовского объема новых срочных валютных вкладов физлиц – Br925 млн. Это больше февральского на Br189 млн. Рекорд месячного притока иностранной валюты на новые срочные вклады в Br-эквиваленте – почти Br2,5 млрд (в августе 2015-го). И это, к тому же, пересчитано по тогдашнему курсу Br/$. По теперешнему было бы почти Br3 млрд.
С учетом же инфляционного неравенства сегодняшняя покупательная способность мартовского объема новых валютных депозитов физлиц – одна из низких в последние 8 лет.
Хотя в период до 2009-го объем новых вкладов в иностранной валюте был вообще мизерным в сравнении и с сегодняшними низкими объемами, с поправкой даже на инфляцию, по сегодняшней покупательной способности их Br-эквивалента.
Долгосрочных вкладов в общей сумме новых срочных – 1/3
Удельный вес долгосрочных депозитов физлиц в общей сумме новых вкладов больше в инвалютном сегменте, чем в национальном. Это объясняется различием объемов и целей размещения денежных средств в банковской системе (для больших сумм сбережений и на длительный период хранения чаще выбираются доллары и евро, несмотря на то, что доходность по валютным вкладам очень низкая), а также «портретом» вкладчика. Но в общей массе краткосрочных вкладов и там и там больше, чем долгосрочных.
И все же курсовая стабилизация привела к тому, что в национальном секторе новых срочных вкладов доля долгосрочных депозитов растет последние несколько месяцев, а в марте выросла даже до максимума за более чем 2 года, со времен до начала текущего кризиса и девальваций 2015-16 годов – 30,3%. В иностранном секторе удельный вес долгосрочных депозитов составил в марте 39,3%.
Суммарно, в рублях и валюте, – на 24,1 процента больше, чем в феврале
Общий объем всех новых, открытых в марте, срочных вкладов физлиц (Br-рублевых + инвалютных в Br-эквиваленте) – Br1,267 млрд. Это больше, чем было в прошлом месяце, на Br246 млн (+24,1%). На срок до 1 года открылось срочных вкладов на Br800 млн, на срок свыше 1 года – на Br467 млн.
По своей номинальной Br-рублевой величине без учета изменения реальной стоимости Br-рубля объем отчетного месяца – один из самых низких с конца 2012-го.
С поправкой же на инфляцию, с учетом покупательной способности Br-рубля, сейчас вообще уровень начала 2009-го.
Долларовый эквивалент объема новых срочных вкладов физлиц в марте – $670 млн. Тогда как в 2013-15 годах он составлял, в основном, $1-1,5 млрд.
Долларовый эквивалент новых срочных вкладов физлиц, открытых во всех валютах в марте 2017-го – также один из самых минимальных с 2009-го. Рекордные же объемы $-эквивалента – свыше $2,1 млрд – были в январе и декабре 2014-го, а также в апреле и мае 2015-го.
Долларизация новых депозитов в марте немного выросла
Сумма вновь открытых Br-рублевых вкладов физлиц в марте выросла с февраля на Br57 млн, а валютных, в Br-эквиваленте – на Br189 млн, в 3,3 раза выше. Больший объем прироста валютных вкладов, чем Br-рублевых, привел к росту долларизации новых срочных депозитов: вкладов в иностранной валюте открывалось 73,0%, в национальной – 27,0%, тогда как месяц назад было, соответственно, 72,1% и 27,9%.
Но в сравнении с долларизацией в 2015-16 годов, превышавшей тогда 80%, сегодняшний ее уровень заметно ниже.
В дальнейшем текущая тенденция продолжится: объем новых срочных вкладов в Br-рублях и в иностранной валюте может расти или падать, но незначительно, оставаясь на достигнутом низком уровне.